Биолог Стюарт Кауффман: о деньгах просто | Bliologist Stuart Kauffman, Money&Simply-Minded

by Stuart Kauffman, American biologist

о деньгах просто

When asked, the great mathematician John von Neumann intuited that money was somehow related to physical energy. I believe von Neumann was on the right track and it probably bears on our current economic mess. In physics, energy is defined as "the capacity to cause change." The root of this in physics lies in Newton's three laws of motion.

Отвечая на чей-то вопрос, великий математик Джон фон Нейман интуитивно заметил, что деньги чем-то похожи на физическую энергию. Думаю, Неман был прав. И вероятно, его взгляд может прояснить сегодняшнюю неразбериху с мировой экономикой. В физике энергия определяется как "способность производить изменения (работу)". В основе понятия энергии лежат три закона движения Ньютона.

The first law, we recall, states that a body in motion continues in straight-line motion at a constant velocity. Newton rests this on the concept of inertia, from Galileo. Technically, "velocity" includes speed and direction of motion.

Как помним, первый закон гласит, что тело в отсутствие внешних сил движется по прямой с постоянной скоростью. Ньютон здесь использует понятие "инерции", заимствованное у Галилео. Скорость имеет величину и направление.

The second law of motion is central to us: Any change in straight line motion at a constant velocity requires an outside force which changes, or "accelerates" that motion. The famous equation is F = MA. Force equals mass times acceleration, where acceleration is the rate of change, positive or negative of the speed of motion, or the direction of motion.

Второй закон будет для нас основным, он гласит: чтобы изменить прямолинейное движение тела с постоянной скоростью, нужно приложить к нему внешнюю силу, которая придаст движению тела ускорение. Это знаменитое уравнение F = MA. Сила равна массе, умноженной на ускорение. Ускорение - это скорость изменения скорости или направления движения (может иметь знак + или -).

The third law will not concern us: For every action there is an equal and opposite reaction.

Третий закон нас не интересует. Он гласит: для каждого действия есть равное противодействие (противоположно направленное).

It is from the second law which defines force as that which "changes" motion, that we get with some manipulations, an expression for energy E = 1/2 MV2.

Из второго закона, говорящего о силе как причине изменения движения, после некоторых преобразований получается выражение для [кинетической] энергии E = 1/2 MV2.

Fine. Some time ago a group of friends including myself and Mike Brown, former CFO of Microsoft and Chairman of NASDAQ were wondering how von Neumann could be right. We realized we needed an "Economic First Law of Motion." But none exists in the text books. So we invented one: It starts with "Trade or die." This means you have to trade within a given period or die. (It is the economic analogue of "inertia" in fact.)

Отлично. Некоторое время назад я с друзьями, в том числе Майком Брауном, бывшим главным финансистом компании "Майкрософт" и председателем биржы NASDAQ, задумался над справедливостью замечания Неймана о деньгах. Мы с друзьями поняли, что нужен экономический "первый закон движения". Но в учебниках его нет. И мы его придумали: он начинается словами "торгуй или умрёшь". Иными словами, начинай торговать или опоздаешь и умрёшь. (Остановка в торговле - экономический аналог понятия "инерция").

Imagine it is 50,000 years ago. I have caught a rabbit today, you have caught nothing today. "I'll give you half my rabbit today if you'll give me an equal weight of what you catch in the next while," I offer you. You accept. Note that credit has just been created. Then, 50,000 years ago, with food scarce and problematic, we trade or die. Sometimes we trade for what we like more but do not have, traded for what we have too much of, which is the economist's advantages of trade.

Представьте, что мы живём 50 тысяч лет назад. Я сегодня поймал кролика, а вы - нет. Я вам предлагаю: "Я дам тебе сегодня пол-кролика, если ты из следующего своего улова вернёшь мне столько же по весу". Вы соглашаетесь. Заметьте, мы с вами только что создали кредит. В то далёкое время найти пищу было проблемой и без такого обмена (торговли) можно было умереть с голоду. От торговли мы получаем экономический выигрыш, меняя свои излишки на то, что нам больше нужно (или хочется) в данный момент.

So we have a first law of economic motion: Trade or Die. Then that first law states: In the absence of outside forces, the total rate of trade in the clan will be, on average, constant — like Newton's first law. Note clan GDP is constant.

Вот мы и получили первый закон экономического движения: торгуй или умрёшь. Кроме того, в отсутствие внешних сил, общая скорость торговли (обмена) внутри клана будет в среднем постоянна — как в первом законе Ньютона. Заметьте, что ВВП (общий объём пойманной/обмененной дичи) нашего первобытного клана при этом постоянен.

Now let salt emerge as a favored good we all want and use as money to facilitate trade among many parties with diverse goods and preferences. Now let paper money emerge. The Chinese were the first to invent it, and the emperor, it seems, entranced, printed vast amounts and induced fantastic, ruinous inflation.

Теперь представим, что любимым товаром для всех стала соль, и мы все хотим использовать её как деньги для многостороннего обмена самых разных товаров. А потом появились бумажные деньги. Их изобрели китайцы. Но кажется, китайский император напечатал их слишком много, чем вызвал фантастическую, гибельную инфляцию.

Which brings us to the "money supply." In a simplest, steady state economic theory, if the money supply suddenly doubles, more money in our hands chases the same number of goods, so prices double. If this price doubling were to happen in an instant, the average rate of trade remains constant. The Economic First Law would hold.

Тем самым перед нами встаёт вопрос "предложения денег". В простейшей, стационарной экономической теории при неожиданном удвоении количества денег мы получаем ситуацию, что за тем же количеством товаров начинает "гоняться" в два раза больше денег - поэтому цены удваиваются. Если бы удвоение цен произошло одномоментно, средняя скорость торговли не изменилась бы, и первый экономический закон не нарушился бы.

But the steady state economic theory is wrong. Price changes lag a change in money supply. Suppose instead a slow, steady increase in the money supply. What will really happen in this case is that prices will indeed rise, but with a lag, say of eight months or so.

Но на деле всё сложнее, чем в простейшей теории. Рост цен отстаёт по времени (имеет лаг) о роста количества денег. Представьте медленный, но постоянный рост количества денег. И в этом случае цены тоже возрастут, но с отставанием, скажем, в восемь месяцев.

Then, given a slowly increasing money supply and a lag in price rises, we really do have more money per good at their current prices, even as money supply continues to slowly increase. So what happens? We really do purchase more goods and produce more goods to match. In short, the total average rate of trades increases, and increases steadily if the money supply continues to increase and prices continue to lag.

При медленном росте количества денег с отставанием цен, у нас на руках будет больше денег для покупки товаров по "старым", ещё не повышенным ценам. Что же будет? Мы станем покупать больше товаров и производить больше товаров. Короче, средняя скорость торговли повысится, и будет постоянно повышаться с ростом предложения денег при отставании роста цен.

We have our second economic law of motion: An increasing money supply and lagging prices increases (positively accelerates) the average rate of trade. The economy grows, clan GDP grows and there is slow inflation. The increasing money supply and lagging price increases is the analogue of F = MA, an economic force acting to accelerate the First economic law of motion of constant rate of trade. The appropriate integral of this force will be the analogue of economic energy added to the economy.

Мы получили второй экономический закон движения: увеличение предложения денег при отставании роста цен увеличивает (даёт положительное ускорение) средней скорости торговли. Экономика растёт, ВВП (валовый внутренний продукт) клана растёт, но есть небольшая инфляция. То есть рост предложения денег при отставании цен является аналогом физической силы, которая отменяет постоянство (инерцию) скорости торговли/движения согласно первому закону. А интегральное (суммарное) действие этой силы будет аналогом экономической энергии, добавленной в экономику.

But conversely, and critically, if money supply gradually decreases and price drops lag, we really have less money per good and so purchase less and produce less. Trade slows, or decelerates. In short, the "velocity of money" slows, GDP drops and economic energy is drained from the economy.

Но что очень важно: в обратной ситуации, когда предложение денег постепенно падает, а падение цен отстаёт, у нас на руках не хватает денег для покупки прежнего объёма товаров по "старым" (ещё не упавшим) ценам, и производство товаров падает. Короче, "скорость денег" падает, ВВП уменьшается и экономическая энергия уходит из экономики.

Then what has driven so much growth in the world since WWII? In some part, there has been a global fluctuating increase in debt, from credit card debt, to mortgage debt, to sovereign debt. This has slowly increased the money supply with lagging price increases, and so driven an increase of trade, i.e. GDP growth.

Что же подгоняло такой быстрый рост [экономики] в мире после второй мировой войны? Отчасти причиной был (зигзагообразный) рост долга, начиная от долга по кредитным карточкам и ипотеке и кончая долгами государств. Это медленно повышало предложение денег при отставании роста цен - и тем самым "подгоняло" рост торговли, то есть рост мирового ВВП.

I suspect, with most of us, that the debt rubber band is very stretched. We have only to look at Greece, Ireland, Spain, Portugal, Italy and our own mushrooming debt.

Как и многие, я подозреваю, что эту долговую резинку слишком растянули. Стоит только посмотреть на Грецию, Ирландию, Испанию, Португалию, Италию, да и наш собственный американский долг, растущий как грибы.

At some point, say now, you do not repay my half-rabbit in a month but in five years. I'm no longer willing to extend credit to you.

И наступает момент (возможно, уже наступил), когда вы отдаёте мне моего пол-кролика не через месяц, а через пять лет. И я больше не хочу давать вам в долг (предоставлять вам кредит).

We may be there now. A credit bubble may be about to start a long contraction with price drops lagging, sapping economic energy from the world economy in a long downward spiral. This world is not this simple. I'm sure von Neumann would smile, even if he liked this version of money as economic energy. But I doubt he would think the above is entirely wrong.

Возможно, такой момент уже наступил. Кредитный пузырь может вот-вот начать сдуваться с отставанием падения цен, "откачивая" энергию из мировой экономики, которая будет падать вниз по спирали. Конечно, не всё в мире так просто. Уверен, что фон Нейман улыбнулся бы, даже если ему и понравился такой подход к деньгам как экономической энергии. Но сомневаюсь, что он признал бы всё совершенно неправильным.

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Поделиться: