Реквием Дж.Верди : скрытая опера / Verdi's Requiem: An Opera In Disguise

Audio clip: Adobe Flash Player (version 9 or above) is required to play this audio clip. Download the latest version here. You also need to have JavaScript enabled in your browser.

  Giuseppe Verdi poured operatic drama into his Requiem, written in 1874 in memory of his friend Alessandro Manzoni.  Giuseppe Verdi

June 4, 2011 - SCOTT SIMON, host:

Next weekend, the Baltimore Symphony Orchestra ends its season with a four-night performance of Giuseppe Verdi's "Messa da Requiem."

На следующей неделе Балтиморский симфонический оркестр заканчивает свой сезон. Заканчивает 4-дневным исполнением Реквиема Верди

(Soundbite of music)

SIMON: It is a soaring funeral mass written by a man known for his romantic operas, but he seems to have traces of both romance and religious feeling.

Эо возвышенная погребальная месса написана композитором, который знаменит своими романтическими операми. Но кажется, он проявляет не только романтичность, но религиозные чувства

Marin Alsop is the musical director of the Baltimore Symphony Orchestra. Joins us in our studios. Thanks so much for being back, maestra.

Мэрин Олсоп - музыкальный директор Балтиморского симфонического оркестра. Она у нас в гостях. Рады вновь вас видеть, маэстра (ж.р. от маэстро)

Ms. MARIN ALSOP (Musical Director, Baltimore Symphony Orchestra): Great to see you, Scott.

Очень рада видеть вас, Скотт

SIMON: And why did you choose to end the season with Verdi's "Requiem"?

А почему вы решили завершить сезон Реквиемом Верди?

Ms. ALSOP: Well, it does sound a little bit morose, doesn't it, to end a season with a requiem.

Да, может показаться немного печально - завершать сезон реквиемом

But at the end of the day, one has the feeling of rejuvenation from this piece. It's a spectacular work, very dramatic, very big in scope. And like everything Verdi wrote, it has a human story to it.

Но в конце дня от этого произведения ощущаешь восстановление сил. Это выдающееся произведение, очень драматичное, очень большое по размаху. И, как всё написанное Верди, имеет свою человеческую историю

SIMON: The version we're listening to now, new release on the Resound label, Riccardo Muti and the Chicago Symphony Orchestra. Let's listen to a bit.

Мы сейчас послушаем последний диск с записью фирмы Resound label. Исполняют Рикардо Мути и Чикагский симфоничесий оркестр. Слушаем

(Soundbite of music, "Requiem")

Ms. ALSOP: You know, from this very simple almost understated beginning, it merges one of the great dramatic works of all time.

Вы знаете, вот так просто, даже приглушённо, начинается одно из величайших музыкальных (драматических) произведений всех времён

(Soundbite of choir singing "Requiem")

SIMON: Do we know what inspired - and maybe that is exactly the right word -what inspired Verdi to write this? Because I gather, accounts say that he was not notably religious.

А известно, что воодушевило (думаю, это слово подходит) Верди на написание реквиема? Ведь, насколько я помню, его не называли особенно религиозным человеком

Ms. ALSOP: No, I mean, that's almost the irony in it. I mean, he was completely unreligious in his life.

Да, здесь не обошлось без доли иронии. Дело в том, что он всю жизнь был абсолютно неверующим

But when the great Italian writer and iconic figure, Alessandro Manzoni, passed away, Verdi was extremely distressed.

Но когда умер великий итальянский поэт (писатель) и выдающийся деятель Алессандро Манцони, Верди был очень и очень опечален

I mean, he couldn't even bring himself to attend his funeral. And he wanted to do something to pay tribute to this colleague of his.

Он даже не смог заставить себя пойти на похороны. И хотел сделать что-то в память о своём коллеге

He'd worked on several libretti with him. And he went to the mayor of the city and said I'd like to write something.

Они вместе работали над несколькими либретто (опер). Верди пошёл к мэру города и сказал, что хочет что-нибудь написать

And, of course, Verdi was incredibly famous and they said by all means.

Верди был настолько знаменит, что ему сразу же сказали : бога ради!

SIMON: Of course. And even for someone who's not a believer, death will inevitably stimulate thoughts of what we amount to?

Естественно. То есть  даже неверующего смерть заставляет задуматься о смысле совершённого в жизни?

Ms. ALSOP: And in a way I think that the text of the requiem mass is one of the great stories of all time.

К тому же, мне кажется, что и слова реквиема - один из величайших образцов творчества

You know, I mean, it brings up every existential question that we grapple with.

Они поднимают все экзистенциальные вопросы, с которыми сталкивается человек

You know, is there a life after death? What will happen at the moment of judgment? Is there a judgment day? All of these incredibly powerful stories.

Например, есть ли жизнь после смерти? Что произойдёт в минуту страшного суда? И будет ли вообще судный день? Это всё темы огромной силы

(Soundbite of music, "Requiem")

Ms. ALSOP: When the Dies Irae starts, I mean, I remember hearing this piece for the first time - I didn't know it. I mean, I was a kid.

Когда начинается часть Dies Irae - я помню, как слышала её ребёнком, еще не зная, что это Верди

And when the bass drum began, I think I screamed out loud. It was so, you know, just bone-crunching, terrifying.

Когда басами вступил барабан, то я-девочка просто закричала на весь театр. Настолько это было ужасно, будто кости ломают

(Soundbite of music, "Requiem")

Ms. ALSOP: It just, I think it should take your breath away, you know, like someone's just punching you.

По-моему, от этой музыки просто дыхание обрывается, как будто кто-то ударил тебя под дых

(Soundbite of music, "Requiem")

SIMON: I gather it's a huge production.

Да, грандиозное исполнение

Ms. ALSOP: There are a lot of people in this piece. The choir can never be big enough. So, we're collaborating with the Washington Chorus and I think we have upwards of 120 people.

Исполнителей занято очень много. Хор чем больше, тем лучше. Поэтому мы пригласили Вашингтонский хор. По-моему, человек 120

We were only limited by the amount of people we could squeeze on the stage. And it's a big orchestra. It has four additional trumpets who play antiphonally from the balconies, you know, that moment when the trumpet sounds and...

Нас ограничивали только размеры сцены. Да и оркестр (тоже) большой. В него допонительно включили четыре трубы, которые играют (антифонно) с балконов первого яруса... вы помните : момент, когда звучит труба...

SIMON: So, they're not on stage, they're in the balcony.

То есть трубы играют не со сцены, а с балконов

Ms. ALSOP: No. We have four onstage as well. But then, you know, he asked for this surround sound, Verdi, of the trumpets calling it. I mean, it's so, it's absolutely spine-chilling.

Да, с балконов. Но на сцене тоже четыре трубы. Ведь, знаете ли, Верди хотел (просил) такого "кругового" звука труб. От него просто кровь стынет

(Soundbite of music, "Requiem")

Ms. ALSOP: I mean, he doesn't shy away from the thought that this is not going to be a pleasant experience.

То есть его не смущало, что звук получится не очень приятный

SIMON: Well, I mean, but that's part of what music does for us, isn't it? I mean, it's cathartic that way too?

Но задача музыки - не только быть приятной, не так ли? Зато так  от неё получаешь катарсис

Ms. ALSOP: I think so. I mean, you know, everyone will hear this piece differently. That's the incredible thing about music.

Думаю, да. Знаете, каждый услышит эту музыку по-своему. Это самое невероятное свойство музыки

It's not prescribed. And this piece has so much variety that I think it's a work that everyone can attach to differently and fall in love with different sections, because it's not as though it's all about terror and fright. There are incredibly joyous and uplifting moments.

В ней ничего не прописано однозначно. И в этом произведении столько разнообразия, что каждый найдет в нём что-то своё, особенно полюбит какие-то его части. В этой музыке есть не только ужас и страх. Есть и невероятно радостные, возвышенные моменты

You know, in order for something to really be terrifying, there has to be that glimmer of hope.

Знаете ли, чтобы что-то действительно навевало ужас, необходим именно этот проблеск надежды

(Soundbite of choir singing "Requiem")

SIMON: Let me get you to talk about the end of the piece, because I think it's startling and will unsettle some people.

Давайте поговорим о финале произведения. По-моему, он звучит неожиданно пугающе и многих выбьет из равновесия

(Soundbite of choir singing "Requiem")

Ms. ALSOP: Doesn't really feel like things are going to be OK at all, does it, at the end?

Что обещает нам такой финал : сложится ли всё хорошо в конце концов?

(Soundbite of choir singing "Requiem")

Ms. ALSOP: You hear that soaring soprano above everything. You know, you hear this incredible drama. And the fact that it just dies away with a liberame.

Вы слышите голос сопрано, летяший поверх музыки. Это очень трагично (драматично). И в конце он медленно затихает

(Soundbite of music, "Requiem")

SIMON: Is it wrenching to conduct?

А дирижировать было трудно?

Ms. ALSOP: I think it needs to be wrenching to conduct to affect a compelling performance.

Думаю, дирижировать всегда трудно, если хочешь "достучаться" до аудитории

But, of course, my role as conductor is always a balancing act, because if I get too caught up in the emotion, you know, I can lose track of the bigger architecture, and that's my responsibility.

Но, конечно, моя роль как дирижёра была в том, что обесечить равновесие :  если слишком сильно увлечься эмоциями, можно потерять общую архитектуру произведения - а я должна её сохранять

But I think none of us can escape the power of this music, especially when we think of the people that we've lost or we may lose and our own mortality. I mean, there's nothing more powerful than that.

Но думаю, что сила этой музыки действует на любого слушателя, особенно когда мы вспоминаем ушедших, тех, кому предстоит уйти (в мир иной), и о своей собственной смертности. Это и есть самое мощное впечатление

SIMON: Marin, thanks so much.

Мэрин, большое спасибо

Ms. ALSOP: Oh, it's a pleasure, Scott.

Была рада, Скотт

SIMON: Marin Alsop, musical director of the Baltimore Symphony Orchestra, which ends its 2010-11 season with Verdi's "Requiem" June 9 through 12.

С нами была Мэрин Олсоп, музыкальный директор Балтиморского симфоничекого оркестра, который завершает свой сезон 2010-2011 года реквиемом Веоди 9-12 июня (2011г.)

You can hear more of Verdi's music and read Maestra Alsop's essay about "Requiem" at NPRMusic.org.

Вы можете послушать музыку Верди и прочитать эссе Мэрин Олсоп о реквиеме на нашем сайте NPRMusic.org.

(Soundbite of choir singing "Requiem")

SIMON: This is WEEKEND EDITION from NPR News. I'm Scott Simon.

Это был выпуск выходного дня на НПР Ньюс. Я Скотт Саймон


Alessandro Manzoni
 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Поделиться: