Карибский кризис и Кеннеди: голоса 50-летней давности  / 50 years ago Kennedy resolved the Cuban missile crisis : voices of history



Audio clip: Adobe Flash Player (version 9 or above) is required to play this audio clip. Download the latest version here. You also need to have JavaScript enabled in your browser.



October 14, 2012 - CELESTE HEADLEE, HOST:

Fifty years ago, the United States stood on the brink of nuclear war. On October 16, 1962, the president's national security adviser handed him black-and-white photos of Cuba taken by American spy planes.

50 лет назад США стояли на пороге ядерной войны. 16 октября 1962 года советник президента по национальной безопасности вручил ему чёрно-белые фотоснимки Кубы, сделанные американскими самолётами-шпионами

President John F. Kennedy asked what he was looking at. They told him medium range ballistic missile sites. Here, President Kennedy asks CIA analyst Arthur Lundahl about the discovery.

Президент Джон Ф. Кеннеди спросил, что изображено на снимках. Ему ответили, что пусковые установки баллистических ракет средней дальности. Вот в каких словах президент Кеннеди спросил аналитика ЦРУ Артура Ландала , как определили, что это ракеты

(SOUNDBITE OF ARCHIVED RECORDING)

PRESIDENT JOHN F. KENNEDY: How do you know this is a medium-range ballistic missile?

А откуда вы знаете, что это баллистические ракеты средней дальности?

ARTHUR LUNDAHL: The length, sir.

По длине, сэр

KENNEDY: The what? The length?

По чему? По длине?

LUNDAHL: The length of it, yes.

По их длине, да

HEADLEE: Kennedy asks: How do you know this is a medium-range ballistic missile? Lundahl's response: The length of it. The sites were close enough - just 90 miles from the U.S. - to reach major American cities in mere minutes.

 Кеннеди спрашивает : А откуда вы знаете, что это баллистические ракеты средней дальности? Ландал отвечает : По их длине. Установки расположены вблизи США - всего в 90 милях, и ракеты долетят до американских городов в считаные секунды

The Cold War was heating up to a near boiling point. The stakes: nuclear destruction at a global level.

Холодная война подходила к точке кипения. Риск ядерного уничтожения всего мира был реален

And the fate of the world lay largely in the hands of two men: President Kennedy and Soviet Premier Nikita Khrushchev.

И судьбы мира во многом зависели от двух людей: президента Кеннеди и советского премьера Никиты Хрущёва

For a two-week period fraught with tension, President Kennedy consulted with his closest advisers about what to do. Today, we know what they said, because the President had a secret tape recorder rolling.

В течние двух напряжённых недель президент Кеннеди консультировался со своими ближайшими советниками о возможных действиях США. Сегодня мы знаем, что сказали ему советники, т.к. президент тайно зписывал их ответы на магнитофон

STACEY BREDHOFF: While these discussions are going on, the clock is ticking.

Пока мы ведём эти дискуссии, часы тикают

HEADLEE: Stacey Bredhoff is curator of a new exhibit at the National Archives in Washington, D.C. It showcases the audio as well as documents and artifacts from the Cuban missile crisis.

Это Стейси Бредхофф - смотритель новой выставки в Национальном архиве США в Вашингтоне, округ Колумбия. За стеклом представлены аудиоплёнки, документы и другие вещи, связаные с кубинским ракетным кризисом

BREDHOFF: I mean, at one point, the president says time ticks away on us.

То есть в один из моментов президент сказал, что время работает против нас

(SOUNDBITE OF ARCHIVED RECORDING)

KENNEDY: Time ticks away on us.

Время работает против нас

BREDHOFF: Because with each passing moment, those missile sites are getting closer and closer to being fully operational, and that's what the president wanted to avoid, to find a resolution before those missiles are ready to be launched.

Потому что с каждым уходящим моментом эти пусковые установки были всё ближе и ближе к состоянию полной боеготовности. Именно этого президент хотел избежать и стремился найти разрешение кризиса  до того, как ракеты будут готовы к пуску

HEADLEE: Kennedy turned to the group of advisers known as the EXCOMM to help find that resolution.

Кеннеди обратился за помощью в решении к группе советников, известной как EXCOMM

BREDHOFF: The president really wanted a range of opinions.

Президент хотел знать любые возможные мнения

HEADLEE: George Ball, undersecretary of State, voiced restraint.

Зам. госсекретаря Джордж Болл высказался за сдержанность

(SOUNDBITE OF ARCHIVED RECORDING)

GEORGE BALL: A course of action where we strike without warning is like Pearl Harbor. It's the kind of conduct that one might expect of the Soviet Union. It is not conduct that one expects from the United States.

Если мы нанесём удар первыми без предупреждения - это будет похоже на (поведение японцев) в Пёрл-Харбор. Такого поведения можно ожидать  от Советского Союза. Но от США такого не ждёт никто

HEADLEE: Striking without warning is like Pearl Harbor, Ball says. It's the kind of conduct one might expect from the Soviet Union, not the United States.

Болл говорит, что удар без предупреждения будет похож на Пёрл-Харбор. Такого поведения можно было бы ожидать от Советского Союза, но не от США

BREDHOFF: And we'll hear in some of the tapes how his military advisers, particularly Curtis LeMay, was almost baiting him, accused - almost just falling short of calling him a coward for not taking direct quick military action.

А на некоторых других плёнках слышно, как военные советники, особенно Кертис ЛеМэй чуть ли не обвиняли президента в трусости за отказ от прямого и быстрого военного удара

HEADLEE: Curtis LeMay was the Air Force chief of staff.

Кертис ЛеМэй - это начальник штаба Военно-воздушных сил

(SOUNDBITE OF ARCHIVED RECORDING)

GENERAL CURTIS LEMAY: You're in a pretty bad fix at the present time.

Положение у вас в настоящее время очень опасное и незавидное

KENNEDY: What did you say?

Что вы сказали?

LEMAY: You're in a pretty bad fix.

Вы в очень незавидном положении

HEADLEE: President Kennedy was in a pretty bad fix. Invade Cuba? Bomb Cuba? Both could result in World War III. Four days after learning about the missile sites and meeting daily with the EXCOMM, Kennedy made a decision.

Президеент Кендеи был в незавидном положении. Ввести войска на Кубу? Бомбить Кубу? Всё это могло привести к третьей мировой войне. Через четыре дня после известия о пусковых площадках для ракет, после ежедневных встреч с членами группы EXCOMM Кеннеди принял решение

He ordered a military blockade of ships to surround Cuba. This so-called quarantine would keep the Soviets from bringing in any more military supplies.

Он приказал организвать морскую блокаду Кубы, окружить её судами. Этот так называемый карантин должен был помешать СССР ввозить на Кубу новые ракеты

BREDHOFF: On the 22nd, he met with leaders of Congress, and they urged him to take military action. They thought a quarantine was a weak response.

22 октября он встретился с лидерами Конгресса, и они призывали его нанести военный удар, считая каратнин мерой недостаточной

(SOUNDBITE OF ARCHIVED RECORDING)

SENATOR RICHARD RUSSELL: I think that our responsibilities to our people demand some stronger steps than that (unintelligible).

Думаю, наша ответственность перед народом требует от нас более решительных действий, чем (неразборчиво)

HEADLEE: Senator Richard Russell, majority leader from Georgia, tells Kennedy that responsibilities to our people demand stronger steps.

Сенатор Ричард Расселл из Джорджии, лидер большинства в Конгрессе, говорит Кеннеди, что ответственность перед народом требует более решительных действий

(SOUNDBITE OF ARCHIVED RECORDING)

RUSSELL: It seems to me that we're at the crossroads. We're either a first-class power, or we're not.

Мне кажется, мы стоим на перекрёстке дорог. Поставлен под сомнение наш статус мировой державы

KENNEDY: But, Senator, we can't invade Cuba. We don't have the forces to seize Cuba.

Но, сенатор, мы не можем высадить войска на Кубу. У нас нет  сил для её захвата

HEADLEE: Russell tells Kennedy: We're at a crossroads. We're either a first-class power, or we're not. Kennedy tells Russell: We don't have the forces to seize Cuba.

Расселл говорит Кеннеди : Мы на перекрёстке. Под вопросом наш статус мировой державы. А Кеннеди отвечает Расселу: У нас нет сил для захвата Кубы

That same day, President Kennedy came clean to the nation about what was happening. October 22, 1962 marked the first time the president spoke publicly about the missile crisis.

В тот же день президент Кеннди рассказал о происходящем всей стране. 22 октября 1962 года президент спервые сообщил народу о ракетном кризисе

(SOUNDBITE OF ARCHIVED RECORDING)

KENNEDY: My fellow citizens, let no one doubt that this is a difficult and dangerous effort on which we have set out. No one can foresee precisely what course it will take or what costs or casualties will be incurred.

Мои соотечественники, пучь никто не сомневается, что мы начали трудные и опасные усилия. Никто не может предвидеть дальнейшего хода событий, всех возможных потерь, вт.ч. людских

HEADLEE: There was a single combat casualty. On October 27, Air Force pilot Major Rudolf Anderson was shot down during a reconnaissance mission over Cuba.

Всего один человек погиб в результате кризиса. 27 октября лётчик ВВС майор Рудольф Андерсон был сбит во время разведывательного полёта над Кубой

But overall, the resolution was a resounding success. Kennedy and Khrushchev had made a deal. The Soviets dismantled their weapons site in Cuba. In exchange, the U.S. pledged never to invade Cuba.

Но в целом решения президента привели к несомненному усеху в разрешении кризиса. Кеннеди и Хрущёв заключили сделку. Советы демонтировали свои ракетные установки на Кубе. А за это США взяли на себя обязательство никогда не нападать на Кубу

Back at the National Archives exhibit, Stacey Bredhoff says we can be grateful for President Kennedy's clear, disciplined thinking that pulled us back from the precipice.

На выствке в Национальном архиве США Стейси Бредхофф говорит, что мы можем быть благодарны президенту Кеннеди за ясность и дисциплину мышления, которые отвели нас от пропасти ядерной войны

BREDHOFF: Half a century later, it's just a great time to look back with this perspective and with the wealth of historical resources that have become available in recent years and take another look at this moment in history, which was really one of the most dangerous moments in the world.

Сейчас, через 50 лет, самое время дать такую оценку - на это даёт право огромное количество исторических свидетельств, ставших извстными за последние годы. Мы можем по-новому взглянуть на этот момент истории, один из самых опасных моментов мировой истории

HEADLEE: To The Brink: JFK and the Cuban Missile Crisis runs through February 3rd at the National Archives in Washington, D.C.

Выставка "У пропасти: президент Кеннеди и кубинский ракетный кризис" будет работать до 3 февраля в Национальном архиве США в г.Вашингтон

 

Комментарии 

 
0 #1 Alex 16.10.2012 21:26
Исторические статьи очень интересные. Особенно в свете того, что во времена Советского Союза эти же события интерпретировал ись, мягко говоря, несколько по другому
Цитировать
 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Поделиться: